10.4 Шираз – Джарун

(20.09.1619 – 28.09.1619)

20 сентября на закате дня Посол покинул Шираз. Он уже полностью оправился от болезни и мог ехать верхом, но тем не менее не смог проехать дальше находившегося в лиге (1) от Шираза Очьяра (2), в котором он останавливался во время путешествия по прибытии, так как проводники попросили его переночевать там перед долгим следующим переходом.

21 сентября при ярком свете луны мы выехали из Очьяра и, перейдя полностью пересохшую реку Паса (3), прошли еще лигу и за два часа до восхода солнца прибыли к караван-сараю у Лагуны (4).

22 сентября на закате мы отправились в Сафру (5) и прибыли туда еще до восхода солнца. Здесь Посол и его свита смогли насладиться превосходными фруктами, прежде всего – это великолепный виноград. Хотя весь персидский виноград очень хорош, этот был из лучших, что можно найти в мире. Он был разных сортов: белый, черный, фиолетовый, разный по форме; некоторые сорта были необычайно крупными. Кроме того здесь все смогли запастись на два дня пути хорошей водой из реки Сиван (6), которая, как уже говорилось, протекает через этот приятный и прохладный поселок.

23 и 24 сентября мы вышли из Сафры и совершили переход, пройдя два караван-сарая, в которых квартирмейстер приготовил привезенные из окрестных деревень обильные припасы продовольствия. Однако вода была ужасной, и нам пришлось бы тяжело, если бы мы не везли с собой ее запасы из Сафры.

Немного дальше второго из этих караван-сараев дорога разветвляется. Одна ветвь ведет к Хорму (7) и по ней за два долгих перехода по пустыне можно попасть в Гуин (8). Другая ветвь идет к городу Джарун (9) и далее через скалистую горную цепь также можно прийти в Гуин. Посол не хотел идти этим последним маршрутом, а предпочитал тот, что проходил по пустыне; по этому маршруту он проходил ранее по прибытии посольства в Персию. Однако проводники сочли целесообразным сделать крюк, идя в Хорму через Джарун. Это удлиняло путь менее чем на лигу, но зато при этом караван мог день отдохнуть и пополнить необходимые припасы.

25 сентября за час до захода солнца мы покинули этот караван-сарай. После наступления темноты и до появления луны, чтобы не заблудиться, с караваном шли проводники и факельщики. Не доходя лиги до Джаруна, Посол вышел из паланкина и сел на коня, так как местность была изрезана многочисленными канавами и каналами, служащими для орошения садов и пальмовых рощ, и приходилось постоянно пересекать их по мостикам и неудобным переходам.
С такой же (или даже большей) трудностью, мы столкнулись, когда пытались въехать в город, расположенный в густой пальмовой роще. Несмотря на яркое лунное сияние мы никак не могли найти въезд – в основном из-за очень узких переулков, извивающихся между оградами домов и перегородками между участками пальмовой рощи. Вокруг было так темно, что ничего не было видно, и потому пришлось нанимать проводников из местных жителей, чтобы найти то, что они называли площадью или базаром, рядом с которым посреди густого леса находился небольшой открытый участок, где останавливались караваны. После долгого пути Посол прибыл наконец к месту, где для него был приготовлен подходящий дом. Из-за указанных ранее причин он пробыл там остаток дня прибытия и весь следующий день.
Из фруктов в Джаруне были лишь виноград и дыни, но зато было огромное количество и разнообразие свежих фиников, время сбора урожая которых как раз приближалось; так что все смогли поесть их вволю. Фиников здесь было так же много и они были такими же превосходными, как и в Басоре (10), Ларе (11) и Вавилоне (12).
Эта очень красивая пальмовая роща находится на равнине у подножия скалистой горы, через которую проходит путь в Гуин. Ее должны пересечь те, кто верхом на лошади или пешком путешествует из Шираза в Лару. Караванам же приходится обходить ее по пустыне, преодолевая почти двадцать лиг (13), потому что, как уже говорилось, верблюды не могут преодолеть эту гору.
Хотя этот поселок больше напоминает стоянку в пути, чем город, он находится в пределах земель древней Персии. Он расположен на полоске земли длиной в несколько лиг вокруг горной гряды, тянущейся от самой северной части королевства Лара, известной как часть Аравии. Растущая на этой земле чрезвычайно плодородная пальмовая роща, имеющая лигу в длину и пол-лиги (14) в ширину, богата многочисленными источниками с очень хорошей водой. Вся эта чрезвычайно густая роща поделена между местными жителями (которых, как уже говорилось насчитывается более тысячи) на участки, огороженные высокими глиняными стенами высотой в два или три эстадо (15). Каждый из них имел участок, размер которого зависел от его возможностей – некоторые имели участок в двадцать пальм, а участки других насчитывали до шестидесяти или семидесяти. Внутри каждого участка имелся дом с глиняными, как и ограда, стенами; некоторые из них были весьма большими и с хорошими комнатами. На каждом участке также были и свои источники воды – один, а то и два.
Но еще больше обращали на себя внимание высота и размеры пальм: большинство из них были такими же высокими как величественные башни Европы, а их ветви на верхушках были настолько пышными и красивыми, что было удивительно, как пальмы могли выдерживать такой большой вес, учитывая что их стволы у основания были непропорционально тонкими по сравнению с толщиной на вершине, где росли многочисленные огромные ветви с финиками или, как их там называли, "тамарас" (16). Количество и размер гроздей зависели от величины и плодовитости каждой пальмы, в каждой из них было от пятнадцати или двадцати до пятидесяти и более плодов. Посмотрев их количество, Посол приказал арабу срезать гроздь с одной из пальм поменьше, растущих на участке дома, в котором он остановился. Оказалось, она весила тридцать фунтов (17), в то время как многие другие, по словам местных жителей, весили более шестидесяти фунтов (18). Самые крупные из этих фиников были похожи на те, что росли в Ларе и которые так понравились Послу, когда он проезжал его по прибытии. Другие были такими же крупными, но фиолетовыми, а третьи – совершенно черными, но с восхитительным вкусом. Самым удивительным было именно такое разнообразие видов этого фрукта: одни были продолговатыми, другие более-менее округлыми. Один вид был совершенно уникальным – таким, какого Посол никогда раньше не видел: плоды были очень маленькими (размером с вишню) и круглыми, но гораздо более вкусными, чем все остальные. Обилие, размеры и плодородие этих пальм обусловлены прежде всего плодородностью места, в котором они растут, а также тщательным уходом за ними местными жителями, регулярно и обильно поливавшими их чистой водой. Они так старательно ухаживают за ними, потому что эти пальмы являются единственным источником дохода, на который и живут эти бедные арабы.
Тот, кто мельком взглянул бы на этот город или даже посетил бы его, сказал бы, что он не заслуживает называться не то что городом, но даже просто населенным пунктом, так как в нем отсутствуют улицы и вообще какая-либо планировка. Он состоит исключительно из отдельных пальмовых участков с домами, разбросанных по всей роще на площади более одной лиги на пол-лиги. Эти участки с домами похожи на "алькерии" (19) или загородные дома местных жителей, а их, как уже было сказано, насчитывается около тысячи. Жители этого поселения бедны – их единственным источником дохода или средств к существованию являются несколько пальм, принадлежащих каждому жителю. Хотя обычно они говорят на персидском языке, их родным языком, на самом деле, является арабский, и поэтому и мужчины и женщины считают себя принадлежащими скорее к этой нации и носят такую же одежду, что и обитатели кочевых стоянок в королевстве Лара, которое, как говорилось ранее, является частью древней Пустынной Кармании (20).
Здесь, как нигде в Персии (по крайней мере в городах и поселках, которые мы посетили), мы видели много слепых людей – как мужчин, так и женщин и детей. И хотя распространено мнение, что причиной этого являются многочисленные и очень надоедливые мухи, которые досаждают как, наверное, нигде больше в мире, гораздо вероятнее настоящей причиной является вредный воздух, обладающий какими-то болезнетворными свойствами. Поскольку многочисленные толстые ветви пальм широко раскинуты и большинство из них соприкасаются друг с другом, отбрасывая темные тени на землю, то они способствуют тому, что скапливающийся внизу воздух становится затхлым. Он пропитан запахом многочисленных фиников и их отходов, особенно во время и после сезона сбора урожая. Однако, возможно, имеет под собой основание и версия, что наличие такого большого количества слепых людей связано с мухами. Посол, проведший в этом месте два дня, никак не мог от них защититься – они жалили его в глаза, губы и ноздри, и их невозможно было отогнать ни веером, ни чем-либо другим. А в то время – сезон созревания фиников – они особенно докучали. Это можно сравнить с нашествием мух в сезон отжима сока из винограда в Испании, но здесь они все же досаждают гораздо сильнее.
Среди пальм, особенно на небольшой полянке, на которой, как уже говорилось, останавливаются караваны, растут такие же деревья с колючками, что и в королевстве Лара. Но эти, что растут в Джаруне, так как орошаются вместе с пальмами, имеют гораздо меньше колючек и больше листьев. Из-за регулярного полива они здесь вопреки своей природе не такие колючие и с более густой и зеленой листвой и потому отличаются от себе подобных в других местах. Оба вида деревьев дают небольшие плоды похожие на плоды асуфайфы (21). Незрелые они мелкие и зеленого цвета, а вкус у них с приятной кислинкой; их считают полезным для сердца и общепризнанным средством от лихорадок. В зрелом виде они имеют цвет и размер асуфайфы и почти такие же сладкие и вкусные. Так как эти деревья в Джаруне орошаются, то их плоды крупнее тех, что растут на пустошах. Разница особенно велика, если сравнить их с теми, что растут на острове Ормуз, чьи яблочки, похожие на плоды асуфайфы, обычно продаются на местных базарах всю зиму. Большое количество этих плодов также привозят как с материковой части Бендера и Могостана (22), так и с островов Кешм (23) и Ларека (24).

26 сентября за полчаса до захода солнца Посол вышел из Джаруна. Пройдя пол-лиги сразу после выхода из упоминавшейся рощи, он встретил многочисленные группы нищих – женщин и детей, которые вышли на дорогу прося милостыню. Их крайняя нужда была очевидна по их наготе, и Посол приказал всем им раздать деньги.
Спустя час после захода солнца мы прошли Хорму, который располагался слева недалеко от дороги, и прежде чем продолжить путь по пустыне, остановились поблизости от источника, у которого делали остановку раньше – в путешествии по прибытии – и даже на том же самом месте, где тогда устанавливали палатки. Хотя здесь была хорошая вода, а у ручья – густые заросли камыша (25) и зеленого тростника (26), которым мы тогда устилали землю в палатках, весь следующий день мы страдали от страшной жары. Посол приказал всем запастись водой (поскольку здесь для этого есть все условия), так как следующую остановку мы должны будем сделать в пустыне, и не было никакой уверенности, что мы ее там найдем. Были опасения, что из-за прошлогодней засухи имеющиеся там жалкие колодцы окажутся пересохшими.

27 сентября в то же время, что и в предыдущий переход, караван отправился в путь в сопровождении проводников из Джаруна; причем Посол выехал немного позже основной группы. Проехав большую часть ночи, мы достигли места, где, по словам проводников, обычно останавливаются караваны. Они указали на колодец, но он оказался сухим. И поскольку это место, похоже, не было тем в котором мы останавливались на пути по прибытии, то проводники и несколько погонщиков верблюдов, хорошо знавших маршрут, начали лихорадочно искать по сторонам какой-нибудь другой колодец. Но хотя луна светила ярко, ничего найти так и не смогли. Послу после длительного перехода пришлось тоже здесь остановиться, так как за все время перехода по пустыне никто не видел стоянок туркоманов, а это было явным признаком того, что воды в колодцах сейчас нет.
Но тут появился один из слуг Посла с группой людей, который с очень довольным видом сказал, что они нашли один колодец, которым обычно пользовались караваны, и они точно знают, что в нем есть вода, хотя и очень глубоко, так как они бросали в него камни и слышали всплески. После этого Посол, хотя и не очень довольный сказанным, но очень уставший, приказал ставить палатки в этом месте. Он посчитал, что днем можно будет найти что-нибудь получше. Но отдохнуть ему пришлось недолго, так как не более чем через час взошло солнце и другой слуга Посла пришел и сказал, что один из арабов, присматривающих за лошадьми, спустился в колодец и нашел там воды только на два или три котла, да и та была очень грязной. И вообще найденный колодец был известным местом водопоя для животных из караванов, а другого найти так и не удалось.
Видя, что время терять нельзя, Посол приказал всем своим слугам (за исключением трех или четырех, которые должны были остаться с ним) скакать на лошадях в Гуин. Здесь же недалеко имелась лужа отвратной воды, из которой могли попить верблюды и другие вьючные животные, а для погонщиков верблюдов и других должно было хватить (хоть и с ограничениями) имеющейся фляги и двух больших медных кувшинов с водой, которые Посол вез для себя. Но поскольку ночью было очень жарко, то выпили не только воду, которую каждый вез для себя, но и одну из больших фляг, которые везли на верблюде. Тревога и страх не найти больше воды еще больше усилили жажду. Все остальные немедленно уехали вместе с персидскими квартирмейстерами, но поехали не прямо вперед, а свернули с дороги и пересекли очень крутой горный перевал, сэкономив таким образом почти полдня. Некоторое облегчение им принес ветер, без которого вряд ли им удалось бы выжить.

Слуги Посла и погонщики верблюдов, оставшиеся с Послом, освежились, выпив немного имевшейся воды, и тронулись в путь. Так как предстояло пройти восемь больших лиг (27) и нужно было не отставать от каравана, Посол покинул это безжизненное место за три часа до захода солнца. Сначала предстояло пройти более четырех лиг (28) по обширной равнине, справа от которой тянулась горна цепь и на которой единственной видимой зеленью были редкие деревья с колючками. Караван при этом должен был оставался в поле зрения примерно на пол-лиги впереди. Начался этот переход 28 сентября.

(Гарсиа де Сильва и Фигероа "Записки", Том II, Книга VII, Глава IX, стр. 423 – 429)

Примечания переводчика

1) в лиге – примерно в 5,6 км.

2) Очьяр (в тексте исп. Ochiar) – см. прим. 11 к 4.8 "Прибытие в Шираз".

3) река Паса (в тексте исп. el rio de Pasa) – см. прим. 2 к 4.8 "Прибытие в Шираз".

4) караван-сарай у Лагуны (в тексте исп. el caravasar de la Laguna) – Возможно, имеется в виду караван-сарай, расположенный у широкой части озера Махарлу (Мехарлу).
(Подробнее см. Мехарлу)

5) Сафра (в тексте исп. Zafhra) – см. прим. 6 к 4.6 "Хорму – Сафра".

6) река Сиван (в тексте исп. el rio Siuan) – см. прим. 4 к 4.6 "Хорму – Сафра".

7) Хорму (в тексте исп. Hormu, Ormu) – см. прим. 24 к 4.2 "Прибытие в Лар".

8) Гуин (в тексте исп. Guin, Gui) – см. прим. 33 к 4.4 "Лар – Гуин".

9) Джарун (в тексте исп. Jarun) – см. прим. 5 к 4.5 "Гуин – Хорму".

10) Басора (в тексте исп. Bazora) – см. прим. 10 к 4.2 "Прибытие в Лар".

11) Лара (в тексте исп. Lara) – см. прим. 16 к 4.1 "Начало путешествия по Персии".

12) Вавилон (в тексте исп. Babilonia) – см. прим. 12 к 4.4 "Лар – Гуин".

13) почти двадцать лиг – примерно 112 км.

14) пол-лиги – примерно в 2,8 км.

15) в два или три эстадо – примерно в 3,9 м или 5,85 м.

16) ...с финиками или, как их там называли, "тамарас" (в тексте исп. dátiles ó támaras) – см. прим. 43 к 3.3 "Маскат".

17) тридцать фунтов – примерно 13,8 кг.

18) более шестидесяти фунтов – более 27,6 кг.

19) ...похожи на "алькерии" (в тексте исп. alquería) – В Испании это слово арабского происхождения использовалось также в формах alcairía, alcaría. Так называют уединенный дом в поле в сельской местности, где крестьянин живет и хранит сельскохозяйственные орудия труда. (DA)

20) древняя Пустынная Кармания (в тексте исп. la antigua Carmania la desierta) – см. прим. 30 к 4.1 "Начало путешествия по Персии".

21) асуфайфа (в тексте исп. azofeyfa) – см. прим. 13 к 2.7 " Растения Гоа (Часть 1)"

22) Могостан (в тексте исп. Mogostan) – см. прим. 22 к 3.2 "Плаванье от Гоа до Маската".

23) ...с островов Кешм... (в тексте исп. Queyxome) – см. прим. 4 к 3.1 "Сложности с отплытием из Гоа".

24) ...и Ларека (в тексте исп. Lareca) – см. прим. 6 к 4.1 "Начало путешествия по Персии".

25) камыш (в тексте исп. juncia, juncos) – см. прим. 31 к 4.5 "Гуин – Хорму".

26) тростник (в тексте исп. cañizos verdes) – см. прим. 30 к 4.5 "Гуин – Хорму".

27) восемь больших лиг – примерно 55 км.

28) более четырех лиг – более 22,4 км.